Домой / М+Ж / Секс и еда: как связаны главные мужские удовольствия

Секс и еда: как связаны главные мужские удовольствия

Вечер вторника, Манхэттен. В ресторане «Аллен и Делэнси» свора хипстеров на калблуках собралась в зале, залитом светом свечей. Я выбрал панoрамное местечко в уголке, откуда удобнее всего играть в антрополога, и спрятался за винной картой, делая пометки.

С точки зрения ритуалов, ведущих к спариванию, за столом 24 разыгрывается классическая схема. В тени великолепной бархатной занавески парень, тщательно поработавший над тем, чтобы придать себе небрежный лохматый вид (на вид ему 28–29) черпает ложкой блестящие куски гребешка и сырой рыбы, а девушка, сидящая напротив, смотрит на него голодными глазами.

Ее слова теряются в шуме, но она вскидывает бровь, когда он поднимает ложку, и грациозно наклоняется вперед, через стол. Ее губы смыкаются на ложке. Он медленно вынимает прибор у нее изо рта. Она чувствует, как рыба тает во рту, и издает восхищенный стон: «Мммм». Ее глаза расширяются. Это с ума сойти как вкусно. Это блюдо, этот парень.

Пара за 24-м столом может этого и не понимать, но они танцуют в этом танце совращения, как марионетки, а за нити в данном случае дергает целая группа нейротранс­миттеров и гормонов, в которых ученые только начали разбираться.

Морской гребешок долго считался афродизиаком — согласно греческим легендам, богиня Афродита спустилась на зeмлю в створке моллюска, — но ни одна еда не может вызвать такой уровень желания, который я только что наблюдал. Если исследовать то, что на самом деле происходит, с точки зрения науки, нам является гораздо более сложная картина того, как еда и секс пересекаются в мозгу. Фактически, если вы нарисовали бы карту мозга женщины за 24-м столом в то время, как она чувствует вкус маринованного моллюска, и еще раз — позже, когда она в постели с парнем, вы бы заметили сильное сходство в ощущениях. Пересечение и взаимодействие процессов, регулирующих еду и секс в мозгу, такое сильное, что неудивительно: в реальной жизни эти процессы тоже постоянно на стыке. Еда, как мы узнаем, — это самая лучшая игрушка для секса.

ЗАКУСКА

Почему она всегда выберет еду перед сексом

«Нельзя нормально думать, нормально любить, нормально спать, если перед этим нормально не поесть». Вирджиния Вулф

Может быть, ужин не столь изыскан и атмосфера не так уж располагает, но для хомяка места лучше, чем клетка в исследовательской лаборатории Джилл Шнайдер в Бетлехеме в Пенсильвании, просто не придумать. Внутри каждой клетки хомяк женского пола поставлен перед выбором: оставаться у себя или выбрать один из двух туннелей, один из которых ведет к еде, а другой — к «сексуально опытному взрослому самцу». Для обоих леди это не вопрос вольного выбора. Это вопрос метаболического состояния. Будет ли еда казаться привлекательнее секса? Дело в том, оказывается, насколько она голодна.

Еще раз задумайтесь о столе номер 24. В тот самый момент, когда женщина принимается за фуагра, ее тело начинает перерабатывать еду в сахар, жир и протеин. Излишки энергии хранятся в теле в виде жира, и гормон, называемый «лептин», вырабатывается и начинает воздействовать на организм, проникая в гипоталамус. Тогда начинается битва между едой и сексом. Лептин расчищает дорогу гормонам, которые ответственны за состояние возбуждения. В то же время он блокирует нейропептид Y, который регулирует аппетит и блокирует желание.

Этот эффект был открыт с помощью клеток с хомяками. Если голодной хомячихе впрыснуть лептин, она сразу же бежит за сексом, игнорируя позывы желудка. Если лептина нет, то нейропептид Y принимается за работу, заставляя хомячиху сначала удовлетворить аппетит, а потом забежать к пушистому жиголо по соседству.

«С точки зрения эволюции это совершенно резонно, — говорит доктор Сатя П. Калра, профессор в Университете Флориды, которая изучает те же самые участки в мозгу. — Если вы ужасно голодны и не уверены в том, когда будет следующая порция еды и откуда, нельзя флиртовать с хомяком по соседству — можно пропустить шанс получить еду, причем надолго».

Система донельзя примитивна: мы мало отличаемся в этом смысле от хомяков. Но лептин, который активируется около полуночи, все равно сильно действует на людей: сытая женщина будет настойчивее желать секса, а голодная может вообще ничего не хотеть. Так что да, приглашай ее на ужин. И если ты умен, то на десерт получишь идеальный секс. А вот кидаться на девушку до похода в ресторан мы бы тебе не рекомендовали.

СУП

Как тренировка мозга улучшит личную жизнь

«Хорошая еда — как хороший секс. Чем больше ешь, тем больше хочешь». Гэйл Грин

Вафли — тонкие как бумага и диаметром с серебряный доллар. Из-за них 400 оживленно разговаривающих гурманов собрались в Нью-Йоркской академии наук. Все они разом умолкают, когда слово берет Линда Бартощук. «Сейчас узнаете, есть ли у вас способности к экстремальной вкусовой чувствительности», — говорит она с таким видом, будто речь идет о суперспособности, о которой мы ничего доселе не знали. «Только 25 процентов населения могут сказать, что они находятся в этой группе, — продолжает она. — Жаль, но я не из их числа. Но мы знаем, что среди поваров таких людей больше. И среди женщин тоже больше».

Бартощук выискивает дегустаторов от природы для того, чтобы похвастаться впечатляющими результатами лабораторных исследований так же, как физиотерапевт изучает атлетов. Вафля — это первый отборочный этап конкурса. Оболочка, содержащая горький химический компонент под названием «6-н-пропилтиоурацил» вызовет у дегустатора от природы рвоту, в то врем­я как другие просто почувствуют вкус бумаги. «Дегустаторы от природы живут в мире вкуса, пульсирующего неоновыми красками, — объясняет она. — Для всех остальных мир окрашен в постельные пастельные тона». Бартощук начинает церемoнию с религиозным почтением: «Сначала попробуйте вафлю языком. Если не слишком горько, возьмите в рот. Если это тоже не горько, то, черт возьми, ну пошуруйте ею во рту! Если все равно ничего не можете обнаружить, тогда мне очень жаль. Вас».

И вот шуршат обертки четырехсот вафель. Начинается бог знает что. Кто-то адски поперхнулся. Иные поднимают брови, яростно жуя, как будто пытаясь силой вызвать ощущение горечи. Что до меня, то я выплевываю вафлю буквально через секунду. «Я дегустатор от природы!» Обвожу взглядом зал и снова встречаюсь взглядом с женщиной в очках с черной оправой. В этот раз она улыбается.

Бартощук просит всех поднять руки и озвучивает результаты подсчета. Более 40 процентов — дегустаторы от природы, что на 15 процентов больше, чем обычно.

Всем стадом мы вываливаемся в коридор, а там — хумус и сыр, вино и пиво, и на десерт — редкий вид наркотического вещества, так называемый чудо-фрукт, Synsepalum dulcificum, — красные ягоды размером с фисташки, содержимое которых присасывается к языку и меняет местами кислое на сладкое.

«Мы ощущаем вкус не языком, или кончиками пальцев, или другими, гм, областями, — говорит мне несколько дней спустя доктор Адам Пак, нейробиолог в Колледже Ютики и член Института сенсорных воздействий в Сиракузах. — Все это мы делаем мозгом».

«Фейерверки начинаются в участке серого вещества, который располагается в виде полосы — как повязка теннисиста, от уха до уха. Она называется соматосенсорной корой. Чтобы понять важность этого участка мозга, представьте себе нейроанатомию скрипача на концерте, например Ицхака Перлмана. У Перлмана может быть на сотню больше рецепторов, чем у вас, и его рецепторы могут даже быть более чувствительными или расположены лучше благодаря родительскому воспитанию. Но не из-за этого Перлман может довести публику до слез с помощью скрипки Страдивари 1714».

«Профессиональными музыкантами не рождаются, — говорит Пак, — однако часть мозга человека, ответственная за руку, играющую на скрипке, с течением времени надстраивается благодаря практике и со временем становится больше, чем другая часть. Постепенно этот процесс заходит все дальше и дальше и распространяется на другие чувства и иные зоны тела».

ГОРЯЧЕЕ

Что можно перенести из еды в секс

Из химиков те еще балагуры. В конце концов, кто еще может превратить волнующую тему плотского вожделения в 42-страничную коллекцию заметок, графиков и цитат? Как только, впрочем, задаешь им вопрос об эффекте Кулиджа, они все становятся Конанами О’Брайенами. Шутка заключается в том, что однажды президент США Калвин Кулидж и его жена посетили куриную ферму. Первая леди, завидев соотнoшение петухов и куриц, удивилась продуктивности петухов.

– Как вообще петухи, которых так немного, умудряются производить такое количество яиц? — спросила она.

– Легко, — сказал фермер. — Петухи оплодотворяют курочек по десять раз на дню.

– Может, стоит об этом рассказать мистеру Кулиджу? — заметила всегда неудовлетворенная первая леди.

– По десять раз на дню с той же самой курочкой? — спросил президент Кулидж.

– Со многими курочками, — уточнил фермер.

– А. Может, стоит об этом рассказать миссис Кулидж? — cказал президент.

Правда это или нет, но байка иллюстрирует очень важную находку в области исследований чувственных удовoльствий. «Система, отвечающая за желание, анатомически больше и мощнее, — объясняет доктор Кент Берридж, нейробиолог в Университете Мичигана и автор «Удовольствия в мозгу». — Крысе мужского пола может нравиться секс с крысой женского пола, но с каждым разом все меньше и меньше. В конце концов, ему надоест секс. Но когда появляется новая крыска, у него пробуждается желание на таком же уровне, как и в начале, вне зависимости от того, сколько секса у него было со старой крысой». В общем, получается, что большинство парней — крысы.

Эффект Кулиджа — не просто сексуальный феномен. В 2009 году во время исследований с использованием шоколадного молока и картофельных чипсов голландские исследователи доказали: угасание желания может почти внезапно случаться с некоторыми вкусами — соленым, сладким, кислым и так далее. Неудивительно, что мы выискиваем шведские столы и дегустации. Так же и с сексом: если нам не хватает разнообразия в сексе, мы находим его в еде.

Виновник торжества — нейротрансмиттер допамин, мощный стимулятор, отвечающий за несколько дел: пока система распознавания приятного стимула заставляет нас чувствовать влечение, допамин вынуждает страдать, когда мы его не получаем, и создает стремление любым способом удовлетворить потребность. Когда хочешь трахнуть девушку или полезть за пивом в холодильник, это все допамин. Именно он, кстати, заставляет наркозависимых убивать.

Желание может вспыхивать в мозгу, как свет софита, потому что желания, с точки зрения эволюции, имели принципиальное значение для выживания. К счастью, эволюция разработала запасную систему, которая давала бы людям возможность выжить в те времена. В природе опиоидная и допаминергическая системы редко работают в одиночку, они сотрудничают, создавая круг из зон мозга, дающих вознаграждение за достижение целей.

«Желание чего угодно — секса, еды, спортивной машины — активирует те же нейронные области в мозгу, — сообщает доктор Марси Пелча из Центра исследований химических восприятий Монелла в Филадельфии, занимающаяся изучением химического состава желаний. — Мозг может создавать даже влечение к еде, которая никому бы не понравилась». Включите одну часть мозга — и сразу включится другая, создавая замкнутый круг желания. «Вот почему нельзя съесть только один чипс, — говорит доктор Барри Комисарук, профессор психологии в Университете Рутгерз и соавтор «Науки оргазма». — Вы съедаете первый, потому что вам нравятся чипсы. Но запускается система желания, и вот вы уже оприходовали весь этот омерзительный пакет».

ЗАКУСКИ И ОРГАЗМЫ

Мы попросили 8000 мужчин и женщин сравнить еду и секс. Вот как они ответили:

1. Я бы выбрал жизнь, полную великолепного секса, вместо жизни, полной великолепной еды M: 59%, Ж: 58%

2. Я лучше умею контролировать аппетит, чем либидо M: 54%, Ж: 31%

3. Великолепная еда меня возбуждает M: 45%, Ж: 55%

4. Меня возбуждает, если для меня готовят M: 83%, Ж: 96%

5. Меня возбуждает готовка с партнером M: 68%, Ж: 83%

6. Я верю, что изобретательность в еде значит изобретательность в спальне M: 66%, Ж: 70%

7. Я приносил еду в спальню (или хотелось бы) M: 80%, Ж: 84%

ДЕСЕРТ

Почему ее нужно намазать взбитыми сливками

«Готовка — это все равно что секс. Нужно делать людям приятно. Нельзя слишком рано кончить». Гордон Рэмси

«Я вся твоя! — пишет Иден, британскaя девушка, которой 21 год. Я зафрендил ее на FetLife.com, сайте для вкусовых фетишистов с функциями «Фейсбука». — Есть ссылки на мои снимки, если тебе такое нравится. У меня степень бакалавра психологии. Мне нравится читать, заниматься сноубордингом, мотоциклы и танцы вокруг шеста. И, конечно, сплошинг».

Сплошинг — это фетиш. Любители сплошинга мажут друг друга едой во время секса. Большинство членов FetLife, прямо скажем, не вызывают слюноотделения.

Иден, с другой стороны, — сочный, рыжий феникс с косичками, поднимающийся из кучи еды на фотографиях, истекающий сиропом алмаз в грязи. Я написал ей не для того, чтобы любоваться ее фотографиями или предлагать варианты пудинговых взвесей для новых съемок, а для того, чтобы продемонстрировать новую, не открытую еще полностью часть человеческой природы.

Попугаи при совокуплении отрыгивают еду в рот своим самкам, а африканские слоны завоевывают самок, принося им ветки и фрукты. («Тебе ничего не надо из леса? У меня тут ветки заканчиваются».) Шимпанзе приносят самкам сахарный тростник перед совокуплением. А Джордж Костанза в «Сайнфилде» съедает целый сэндвич из пастрами во время секса с девушкой. Миллиарды лет эволюции: кому нужны розы?

Эта связь регулируется фронтальными долями, в которых находятся центры планирования и обучения прямо над глазами — фактически центральные нервные процессоры мозга. Благодаря фронтальным долям люди добавляют еще один мотор к локомотиву желания.

Иден описывает свой первый опыт сплошинга: «Мы намазались кастардом и взбитым пудингом. На мне была белая майка, маленькая черная юбка, каблуки и черные колготки. Мне было как-то неловко, когда я начала намазывать грудь смесью, я не знала, правильно ли я все делала и какие должны быть ощущения. Но когда я сняла футболку и начала обливать взвесью кожу, глаза заблестели».

«Когнитивные способности человека перерабатывают и усиливают импульсы, в том числе и связанные с наслаждением, — объясняет Берридж. — Другими словами, если вы верите в то, что органически выращенные яйца на вкус лучше, чем обычные, то они и будут лучше на вкус. Фронтальные доли так все и оборудуют. Они могут застaвить вас реагировать на воображаемый аромат или вкус».

Когда Иден облила себя кремом, это показалось ей жутко сексуальным благодаря ее фронтальным долям. Они смешали два инстинкта: влечение к еде и к сексу, которые по идее не имеют друг с другoм ничего общего.

Фактически ассоциативная память — один из самых сильных афродизиаков. Иден даже не может теперь составить список покупок без мыслей о сексе. «Сплошинг теперь — очень чувственный опыт, — говорит мне она. — Если я вижу большой кремовый торт, то нескромный взгляд на моего парня дает ему знать, что я задумалась о нем. О торте, конечно. И другим людям невдомек, это совершенно особый вид флирта, заметный только между нами».

Конечно, такого не бывает в углу ресторана ночью во вторник. Уже довольно поздно, и за столом 24 уже дошли до крещендо: Gianduja Panna Cotta с соленым щербетом из темного шоколада. По груди женщины стекает струйка шоколадного сиропа. Оба истерически хихикают. Ужин позади, настало время десерта, но они оба все еще дико хотят есть.

Мифы об афродизиаках

Даже самые раскрученные афродизиаки безвольно обвисают, когда на них падает яркий свет науки. А вот и мини-гид по так называемым усилителям либидо.

1. Шоколад

Полон анандамида и фенилэтиламина, двух компонентов, которые заставляют ее тело выделять те же самые гормоны, которые выделяются при сексе и удовольствии вообще. Какао тоже содержит метилксантин, который обостряет ее чувственные ощущения. Команда исследователей из США и Канады узнали, что шоколад стимулирует те же центры в мозгу, которые реагируют на кокаин, но если съесть его слишком много, эффект сойдет на нет. Выбирай темный шоколад, а не белый, и ограничь порции.

2. Устрицы

Этот скользкий моллюск превозносился на протяжении веков (в частности, Молли Блум в самой непристойной части «Улисса» рассуждала о нем), но только в 2005 году узнали про связь между аминокислотами и гормонами, ответственными за сексуальное влечение у крыс. Если тебя это не убедило, задумайся: устрицы содержат большое количество цинка, который регулирует сексуальные гормоны. Критики сомневаются в эффекте, который могут оказать устрицы на секс, но небольшие порции действительно химически связаны с лучшими результатами.

3. Алкоголь

Алкоголь, естественно, раскрепощает. Тем не менее исследования 2007 года, опубликованные в журнале «Изучение алкоголя и других наркотиков», показывают, что если перепить, то логика начинает страдать, и ты принимаешь неправильные решения. Исследования показывают, что у мужчин с уровнем алкоголя в крови от 0,8 до 0,10 (два или три напитка) была слабее эрекция — впрочем, это и без исследований очевидно. Так что бутылка мальбека на двоих — это максимум, а дальше за дело.

Источник mhealth.ru/

Оставить комментарий

Your email address will not be published.

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой:

Вверх
туттут